Моему герою посвящается: помнить подвиг отцов

Уважаемые читатели, в преддверии Дня Победы мы открываем новую рубрику «Моему герою посвящается» и приглашаем всех желающих рассказать о родных — участниках Великой Отечественной войны, тружениках тыла, поделиться воспоминаниями и фотографиями ваших родителей, дедов и прадедов, бабушек и прабабушек. Давайте вместе продолжим рассказывать о тех, кого нельзя забыть!


Вспоминая об отце, ветеран «Магнезита» Андрей Павлович Баранов рассказывает о его подвиге во время Великой Отечественной войны и в послевоенное время, об эпизодах, в которых гвардейский офицер смотрел в лицо смерти и чудом остался жив.



Портрет как знамя


В семейном альбоме Барановых хранится несколько фронтовых снимков гвардии лейтенанта Павла Андреевича Баранова, а с одного из них, где герой войны при полном офицерском параде, сделана увеличенная копия (фото 2). С этим портретом, дополненным отцовскими наградами – медалями «За победу над Германией», «За победу над Японией» и орденом Отечественной войны II степени – вот уже девять лет в День Победы сын Андрей Павлович проходит в составе «Бессмертного полка» по улицам Сатки. В этот день по всей стране, по всем большим городам и малым весям, разливается нескончаемое людское море, несущее на древках как знамёна портреты родных и близких, погибших на полях сражений, замученных в концлагерях, дошедших до Победы, но умерших от ран после войны, работавших в тылу. На этих портретах и те, кто, совершив ратный подвиг, поднимал из руин страну и её народное хозяйство в мирное время. Отец А. П. Баранова – именно из этой когорты. Пройдя две войны – Великую Отечественную и советско-японскую, он демобилизовался в августе 1946 года и прожил ещё ровно полвека.


Мирную жизнь начал со службы в милиции – старшим уполномоченным МВД в Златоусте, Бердяуше, Бакале и Сатке. Прослужив девять лет в органах, он поступил в горно-железнодорожный цех на «Магнезит», работал бригадиром по ремонту путей. После окончания школы мастеров и до ухода на пенсию руководил коллективом смены, участка. Участвовал в рационализаторском движении, заслужил звание ветерана труда и победителя социалистического соревнования, много раз награждался грамотами за ударный труд. Внушительная папка с этими документами – одна из самых важных семейных ценностей наряду с боевыми наградами отца.



Семилетний «институт»

В этой папке есть особый документ, который, в какой-то мере, сохранил Павлу Андреевичу жизнь в самом начале войны. Это аттестат об окончании семилетней школы в Миассе. Семья Барановых, с началом репрессий 1930-х годов, перебралась из родного села Кирябинка Башкирии в поселок Плотинка Златоустовского района, бросив дом и хозяйство. По словам Андрея Баранова, в то время семилетка считалась чуть ли не институтом, и наличие образования решило вопрос о военной специальности Павла Баранова.


– Отца призвали в армию в 18 лет и вместе с такой же «зелёной», неоперившейся молодёжью, повезли на сборы в Чебаркуль, – рассказывает Андрей Павлович. – Дали в руки топоры и отправили в лес – вырубать макеты винтовок. С этими муляжами они три месяца занимались шагистикой. Потом их вывезли на стрельбище, дали в руки настоящее оружие и по три патрона. Отец рассказывал, рядом лежит паренёк и во время выстрела глаза зажмуривает. Отец ему и говорит: «Что ж ты так, в цель ведь не попадёшь». Тот ему в ответ – первый раз стреляю. А отец мой стрелял хорошо – промышлял из охотничьего ружья вместе с моим дедом. В голодные тридцатые годы подстрелить дичь большим подспорьем семье. Памятуя о голодном времени, моя бабушка Анна Васильевна прошла тогда 50 км от Плотинки до Чебаркуля и принесла своему сыну узелок с хлебом и сухарями.


– Когда пришло время отправляться на фронт, роту выстроили перед вагонами. Называют фамилию моего отца и ещё двух новобранцев, звучит команда: два шага вперёд. Остальным – кругом, и – по вагонам. Этих ребят бросили в самое пекло, на оборону Москвы, – продолжает А. П. Баранов. – Отец рассказывал, что никого из них после войны не встретил, ни о ком не слышал. А троих парней с образованием направили в Омское артиллерийское училище, по окончании которого отцу присвоили звание младшего лейтенанта, а затем и гвардии лейтенанта. Всю войну он прошёл на реактивном миномёте «Катюша», чьи непрерывные огневые залпы вызывали в стане врага ужас и панику.



Где та берёзка?


Баранов-старший не очень-то любил рассказывать о войне. Но иногда его прорывало. Об этом эпизоде сын узнал со слов своей матери. В 1979 году супружеская чета ехала в скором поезде «Челябинск – Ленинград» на свадьбу Павла и Тамары. Проезжали места, где Баранов-старший воевал на Брянском и Волховском направлениях, участвовал в прорыве блокады Ленинграда. И вдруг, глядя на мелькавшую за окном берёзовую рощу, гвардии лейтенант спросил, как будто самого себя: «Где же та берёзка?». И вспомнил случай.


– Тактика боя на Миномёте «Катюша» состояла из стремительных эпизодов, – рассказывает Андрей Павлович. – Взводу дают команду, называют цель, «Катюши» выезжают на позицию и отстреливаются. И тут же быстро меняют дислокацию и маскируются в лесополосе. Очень быстро и слаженно надо было действовать, чтоб не попасть под ответный удар. А за ними охотились, и авиация, в том числе. Как-то напали штурмовики. Отец говорил: бомбы летели с таким свистом, что хотелось в землю закопаться. Животный страх сковывал всё существо. Он спрятался за берёзку, упал, обхватив ствол руками. В какой-то момент почувствовал, как по ноге что-то ударило, как потом оказалось, чья-то оторванная нога. Многие товарищи из миномётного расчёта погибли. Когда закончилась бомбёжка, он увидел, что с обратной стороны берёзки прямо напротив его головы врезался осколок снаряда.


Выжить вопреки


Смерти в лицо гвардии лейтенант Баранов смотрел ещё не раз. Как-то прямо на его глазах снарядом разорвало замполита роты, а при нём были документы на погибших. «Вот так и появлялись пропавшие без вести», – рассказывал фронтовик в кругу семьи. Ещё упоминал, о холоде, голоде, бомбёжках, о том, что многих друзей похоронили в воронках. После победы над Германией, в августе 1945 года их дивизию направили на Дальний Восток – на войну с Японией. Пока добирались туда поездом, многие бойцы погибли от жажды.


– Отец говорил, что летом 1945 года в Забайкалье стояла жара и сушь. Водой люди обеспечивались плохо, а перегоны от станции до станции были большие, – вспоминает сын. – Молодой организм ещё мог справиться с длительным обезвоживанием, а постарше – уже нет. Погибли немолодые воины, прошедшие всю войну… А после высадки с поезда во время марш-броска бойцы столкнулись на пути с природными препятствиями. В частности, отец рассказывал о коварных речках. Они, вроде, неглубокие, с песчаными берегами. Танк едет вброд и чуть ли не по башню вязнет. Так что потом его приходилось вытаскивать.


Смертельной опасности герой войны подвергался и в мирное время, работая старшим уполномоченным МВД и борясь с уголовной преступностью. И здесь у его виска при выполнении операций по задержанию бандитов не раз свистели пули, но и тут он чудом остался невредим и многое ещё успел. И потрудиться на благо родного «Магнезита», и двоих сыновей на ноги поднять, внукам и внучкам порадоваться, которых у него шестеро.


Некоторые эпизоды из военной биографии Павла Баранова описаны со слов его жены Лидии Ивановны и опубликованы в «Книге славы и памяти», которую в 2005 году «Магнезит» издал к 60-летию Победы. В ней собраны и многие другие воспоминания о людях, которых сейчас уже нет в живых. Но память о них живёт в детях и внуках, которые хранят и несут её с достоинством. И вновь 9 Мая по улицам города разольётся людская река с портретами героев.


Фото из семейного архива Барановых и Василия Максимова