Непрожитые воспоминания

 

В честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне мы продолжаем акцию «Письмо солдату» и расширяем ее формат.

 

Предлагаем всем желающим рассказать о солдатах Великого Отечества, о фронтовиках, чья история вас впечатлила, героях, о котором вы читали или смотрели фильмы, о тех, чьи поступки и подвиги вы будете помнить всю жизнь, о ком хотите рассказать всем и сказать спасибо за то, что мы есть, за мир, за будущее...

 

Материалы можно представить в любой форме и жанре — письмо, рассказ, воспоминания, фотодневники, презентации или видеоролики. Мы поможем их оформить и подготовить к публикации на нашем сайте и страницах «Магнезитовца» в социальных сетях. Лучшие из них войдут в сборник «О тех кого нельзя забыть», издающийся по итогам одноименной литературной премии.

 

Пишите в редакцию по адресу: gazeta@magnezit.com.ru, телефон для справок 9-48-99

Материалы принимаются в течение года — по 20 декабря 2020 года.

 

А сегодня мы представляем вашему вниманию рассказ «Журавль с Козьего болота», который о своем дедушке-фронтовике Фёдоре Андреевиче Бороденкове написала Юлия Ёлгина, саткинская  поэтесса, лауреат литературной премии I степени «О тех, кого нельзя забыть» в номинации «Поэзия» (2018 год), чьи произведения публиковались в местных изданиях, а также в журналах «Юность», «Родина», областных сборниках и литературных альманахах «Лира», «Новый век» и других.

 

Журавль с Козьего болота

 

…Осень журавлиным косяком вклинивается в мою память. Из ящика письменного стола я достаю картонную папку; для меня её содержимое дороже всех благ. Хрупкие и жёлтые от долгого хранения страницы – тончайшие слои прошлого – свидетельства жизни родного человека. В загрубевших от времени корочках документов, блёклых завитках чернил, выцветших фотоснимках - судьба моего деда – труженика мирных лет и солдата Великой Отечественной войны.

 

Дед был работящим, отзывчивым, надёжным, бескорыстным и справедливым; умел поддержать и приветить, найти ободряющие слова, развеять улыбкой мрачные мысли. Про фронтовое время дед не рассказывал и не смотрел фильмы о войне: считал, что человеческим жертвам невозможно придать облагороженный вид. Каждого, кто касался темы войны, просил: «Давай поговорим о жизни…».

 

1/3

Непрожитые воспоминания

 

...Дед энергично работал вёслами, но дождь оказался проворнее: он настиг нас почти у берега, когда мы возвращались с покоса. Ничего не оставалось делать, как спрятаться под первым, попавшимся на пути, укрытием – козырьком крыши насосной станции. Летний дождь был неудержим в озорстве и упорстве, но огорчить нас у него не получалось. Рядом с дедом мне, словно цыплёнку в подпечье, было спокойно и надёжно. Дед вынимал из моих волос сенинки, а я мокрой косынкой вытирала с его носа забавные капли. Дождь не прекращался, и мы, чтобы веселее было его пережидать, затеяли игру в «Разведчиков наоборот». Незатейливый диалог мы сопровождали мимикой и жестами, придающими разговору таинственность и сверхсекретность. Забавно получалось! Наши голоса чередовались со стуком вагонных колёс: в нескольких метрах от берега проходила железная дорога. Поезд уже скрылся вдали, а стук продолжался: маленькими каблучками било чечётку моё сердце, полное любви к родному человеку. Дождь перестал так же внезапно, как начался. С пруда потянуло свежестью от поднявшегося ветра, который перелистнул промокшую страничку летнего дня...

 

...Майское утро выдалось щедрым на тепло. Дед проснулся рано, позавтракал и уже работал в домашней мастерской. Я, уважив бабушкину кашу, решила к нему присоединиться. Воздух во дворе был пропитан запахом стружки, древесного лака и ещё чем-то вкусно-ремесленным. Дед стоял у верстака и выпиливал заготовки для моей детской грёзы - кукольного гостиного гарнитура. За работой он был серьёзен, сосредоточен и немногословен. Дед был истинным умельцем: он мастерил буквально всё – от корыт и умывальников до шифоньеров и багетов. Вещи, сделанные его руками, украшали дом и служили незаменимыми помощниками в хозяйстве. Бруски дерева и листы фанеры в дедовских руках постепенно превращались в изящные предметы миниатюрной мебели: стол, стульчики, сервант. Я хлопотливо суетилась рядом: помогала подмести верстак, выбрать нужный цвет лака для игрушечного интерьера, сложить в ящик стамески. Дед то и дело одобрительно гладил меня по голове.

Увлечённые делом, мы не заметили, как в мастерскую прокрался вечер. Убрав рабочее место и оставив сохнуть покрытую лаком кукольную мебель, мы пошли в дом, где нас ждал ужин под аромат зацветающих яблонь, проникающий в приоткрытое окно...

...В августе дед отдыхал и поправлял здоровье в одном из уральских санаториев. Я, мои родители и бабушка поехали его навестить. Деда я увидела из окна автобуса: он шёл на остановку встретить нас. Весь его торжественный вид – тёмный костюм, светлая рубашка, галстук – говорил, о том, что наш приезд для него – праздник. По дороге на озеро, вблизи которого располагались санаторные корпуса, дед рассказывал, что лечат здесь замечательно, персонал - вежливый, а природа так выразительна, что не поддаётся обычным словам. Дни дед посвящал процедурам, прогулкам и чтению, а вечера - бильярду, шахматам и общению с новыми знакомыми...

 

...Покормив чаек заранее припасённой дедом булкой и налюбовавшись видом озера с россыпью рыбацких лодок и катерков на серебристой воде, мы продолжили прогулку. Дед предложил в качестве маршрута самую длинную из тропинок, огибавшую весь санаторий. Погода была славная: нежаркая и безветренная. Сосны, что высились по обе стороны дорожки, дотрагивались до нас ветвями-опахалами, позволяя почувствовать мягкую прохладу, настоянную на запахе смолы. Я шла между дедом и папой, бабушка с мамой чуть впереди. Проникнутые нежным вниманием друг к другу, мы были счастливы, и ничто не могло нарушить сплочённость наших судеб и гармонию чувств...

 

«Везучая! – подумаете вы. Выросла рядом с таким замечательным дедом!». Как бы я хотела с этим согласиться, но, к сожалению, зарисовки из жизни – это воспоминания, которых не было, отчаянная попытка восполнить отсутствие родной души.

Всё в этих историях - правда - кроме меня: не я пережидала с дедом дождь, не я помогала ему в мастерской, не я приезжала навещать его в приозёрный санаторий... Я никогда не видела деда:

мы с ним разминулись во времени.

В детстве образ деда был для меня непознанным, недосягаемым. По мере взросления дедовские, знакомые лишь по фотоснимкам, черты дополнялись подробностями его жизни. Благодаря семейному архиву, воспоминаниям родных, а также информационному проекту «Память народа» я смогла прочувствовать судьбу родного человека; она стала для меня по-настоящему близкой и бесценной.

 

«Дарованный Богом»

 

16 мая 1915 года в деревне Борисовка Бугурусланского района Чкаловской (Оренбургской) области у Бороденковых Андрея Павловича и Варвары Дмитриевны родился сын Фёдор - «дарованный Богом»: в разгар Первой мировой войны имя звучало особенно символично.

 

Фёдор рос в окружении братьев и сестёр в атмосфере любви и строгости. Родители воспитывали в детях доброту, человеколюбие, уважение к старшим, заботились об их духовной стойкости. Семейный уклад строился на доверии, честности и дисциплине. Детей с детства приучали к труду. Федя под наставничеством отца пробовал плотничать, столярничать, слесарить. Проявлял он вдумчивый интерес и к учёбе: хорошие оценки сына были родительской гордостью.

Семья была большая, жизнь – тяжёлая. После окончания школы Фёдор, чтобы помочь родным, собрался ехать на Южный Урал, в Сатку на завод «Магнезит», о котором слышал от деревенских. Родители поддержали

решение сына.

В августе 1931 года юноша приехал в Сатку, где был принят учеником слесаря в школу фабрично-заводского ученичества при заводе «Магнезит». 1 июня 1933 года по окончании учёбы  Фёдору была присвоена квалификация «слесарь третьего разряда»; он был принят на работу  в цех магнезитового порошка №1.

 

Первое время Фёдор тосковал по дому; свыкнуться с обстановкой помогли товарищи по цеху. Добрый и скромный парень быстро завоевал симпатию и доверие в коллективе, обрёл друзей. Знакомство с новыми людьми, освоение специальности, первые трудовые успехи - жизнь Фёдора шла своим чередом, приближаясь к двум большим испытаниям, - любви и войне.

 

 

От брони до брони

 

…Обаятельная, голубоглазая, с русыми волосами, заплетёнными в длинную косу, с прямодушным и смелым характером - такой Фёдор увидел «свою Клаву». Клавдия Шарова была на пять лет младше его. У молодых людей было много общего: оба выросли в больших семьях, прошли одну и ту же рабочую школу, трудились на одном заводе, даже пристрастие к чтению было общим, а некоторые различия темпераментов лишь дополняли и обогащали взаимные чувства. Деликатность, нежность и заботливость были главными в отношениях Фёдора и Клавдии. Влюблённые старались всё свободное время посвящать друг другу, уже думали о свадьбе, но двадцать второй день июня 1941 года переиначил всё, заставив забыть о скорых планах.

 

У Фёдора, уже опытного электрика, была бронь. В людях его профессии завод в годы войны нуждался особенно остро: они обеспечивали бесперебойную работу цехов. Работать приходилось по 12 часов, зачастую полуголодом. Клавдия временно не работала: молодая пара ждала первенца. Дочь Эльвира родилась в ноябре 1941 года. Официально Фёдор и Клавдия стали семьёй 3 апреля 1943 года.

 

В то время родные Фёдора жили в городе Похвистнево Куйбышевской (Самарской) области и часто в письмах звали молодых Бороденковых к себе, убеждая, что вместе легче прожить, что небольшое подворье поможет поставить на ноги ребёнка, а такой специалист, как Фёдор, и у них будет востребован. И молодая семья уехала на новое место жительство, а вскоре, в июне 1943 года, Фёдора призвали на фронт. Пройдя предварительную военную подготовку, Фёдор Бороденков был зачислен автоматчиком в 30-й отдельный гвардейский краснознамённый тяжёлый танковый полк в составе 1-го Белорусского фронта.

 

Солдат гвардейского полка

 

Гвардии рядовой Бороденков участвовал в Люблин-Брестской наступательной операции, которая длилась с 18 июля по 2 августа 1944 года. В результате этой военной операции 28 июля был освобождён Брест.

 

Бои за город и на подступах к нему были отражены в официальных сводках Совинформбюро. «Только на подступах к Бресту противник потерял убитыми свыше 3 000 солдат и офицеров. Подбито и сожжено 27 немецких танков и самоходных орудий. Захвачено 6 паровозов, 240 вагонов с боеприпасами, эшелон с продовольствием и 30 цистерн с бензином. Западнее Бреста наши войска окружили три дивизии немцев», – говорилось в сообщении.

 

В одном из ожесточённых боёв за белорусский город Фёдор Бороденков совершил подвиг. «Работая связным заместителя командира полка, при форсировании нашими войсками реки Западный Буг в районе деревни Величко лично уничтожил двух немецких солдат», - зафиксировано в Приказе подразделения от имени Президиума Верховного Совета СССР «О награждении медалью «За отвагу» от 7 августа 1944 года №3/н». Рядовому Бороденкову Приказом Верховного Главнокомандующего Маршала Советского союза товарища Сталина от 28 июля 1944 года была объявлена благодарность за отличные боевые действия.

47 особо отличившихся в боях частей и соединений 1-го Белорусского фронта, в том числе и танковый полк, в котором служил Фёдор, были удостоены почётного названия «Брестские».

В ноябре 1944 года войска 1-го Белорусского фронта вели бои по удержанию и расширению плацдармов на левом берегу Вислы: готовились освобождать Польшу. В очередной схватке с противником Фёдор получил тяжелейшее осколочное ранение ноги и был доставлен в эвакогоспиталь, где спустя полгода, встретил День Победы. В июне 1945 года гвардии рядовой Бороденков был комиссован по ранению.

 

30-й танковый полк находился в составе Действующей Армии до 11 мая 1945 года. К завершению войны у подразделения было уже несколько почётных наград и наименований и звучало оно как 30-й отдельный гвардейский тяжёлый танковый Брестский Краснознамённый, ордена Богдана Хмельницкого полк прорыва.

 

 

 

 

1/3

 

«Любовь никогда не перестаёт» *

 

… При выписке из госпиталя Фёдор не мог ходить самостоятельно, с трудом передвигался на костылях. Анкилоз (неподвижность) левого голеностопного сустава, вторая (нерабочая) группа инвалидности - таким был вердикт врачей. Домой Фёдор возвращался не один: за ним приехала Клавдия.

 

Жена и дочь были оберегами Фёдора, его опорой и надеждой. Ради них он готов был терпеть любую боль. На протяжении многих месяцев любимые люди вместе с ним боролись со страшным диагнозом, радуясь малейшим улучшениям. Благодаря постоянным тренировкам Фёдор научился самостоятельно ходить на костылях, позже он заменил костыли тростью. Со временем Фёдору удалось частично восстановить раненую ногу и вернуться к привычной жизни.

 

В 1946 году в Похвистнево у Фёдора и Клавдии родилась вторая дочь – Светлана. Когда дочери исполнилось два года, Бороденковы возвратились в Сатку, где через некоторое время произошло значимое для семьи событие. 22 февраля 1949 года врачебно-трудовая экспертная комиссия заменила Фёдору вторую группу инвалидности на третью и разрешила работать, правда, с оговоркой: «Работа должна быть не связана с длительной ходьбой и стоянием». Но эти слова не уменьшили радость человека, который испытав столько страданий, готовился вернуться в свою трудовую молодость!

 

Устроившись на «Магнезит», в цех, когда-то ставший ему родным, Фёдор через некоторое время стал участником важнейшей вехи в истории огнеупорного предприятия – строительства первой и второй очередей нового завода «Магнезит». К работе на возведённых объектах были привлечены лучшие специалисты, среди них и электрик высшего разряда Фёдор Бороденков. Опыт и знания высококвалифицированного рабочего пригодились в обслуживании высоковольтных линий электропередач и крупных тяговых подстанций.

 

После работы Фёдор спешил к семье, в которой росли уже три дочери: в 1950-ом году родилась младшая – Валентина. Фёдор и Клавдия души не чаяли в детях, а для дочерей папа с мамой были тёплым светом в окне родительского дома.

 

Мама прививала девочкам интерес к рукоделиям, сама она прекрасно шила и вязала: в «маминых» вещах девочки были самыми нарядными среди сверстниц. Папа учил дочек кататься на лыжах и коньках поддерживал в них желание заниматься в спортивных секциях. Одной из традиций семьи Бороденковых были домашние чтения: вечерами все собирались за большим столом и кто-то один вслух читал книгу, а потом вместе обсуждали прочитанное. Когда в доме появилась радиола, часто всей семьёй слушали передачи «Театр у микрофона», «Встреча с песней» и детские радиоспектакли. В дни семейных и календарных торжеств дом наполнялся гостями - приходили родственники и друзья: танцевали под музыку виниловых грампластинок, пели любимые песни, устраивали с детьми игры и конкурсы.

Родители учили дочерей ценить драгоценное время, которое семья проводила вместе. А ещё они мечтали, чтобы в будущем дочери получили высшее образование, нашли себя в профессии.

Примером верности профессиональному долгу для Эльвиры, Светы и Вали был папа, который всю жизнь проработал в одном цехе и гордился тем, что он из многомиллионного рабочего сословья. За годы работы, будучи наставником выпускников Саткинского профтехучилища, Фёдор Бороденков воспитал достойную рабочую смену. Ребята уважали его не только как учителя, но и как старшего друга, а он относился к ним по-отечески: не раз у него дома они говорили о совместных делах, обсуждали планы…

 

Профессионализм Фёдора Бороденкова отмечен многими грамотами и благодарственными письмами. 6 августа 1965 года решением общественных организаций и администрации завода «Магнезит» за высокие показатели работы, активное участие в рационализации, изобретательстве и общественной жизни ему было присвоено звание «Ударник коммунистического труда». Несколькими годами позже, 19 октября 1970 года, Ф.А. Бороденков был награждён медалью «За доблестный труд»…

 

…Эльвира, Светлана и Валентина осуществили родительскую мечту: окончили вузы, стали педагогами. Старшие дочери вышли замуж. Младшая дочь после института работала учителем математики в школе посёлка Сибирка. Фёдор Андреевич и Клавдия Васильевна помогали дочерям растить внуков, занимались домом и садом. В повседневных делах и заботах проходили дни, которых, казалось, хватит ещё на много лет, но… 17 февраля 1975 года Фёдор Андреевич Бороденков покинул своих дорогих и любимых, чтобы навсегда примкнуть к бессмертному строю непобеждённых…

 

…Всё рано или поздно проходит, лишь «любовь никогда не перестаёт». Любовь помогает справиться с болью разлук, ощутить близость родственной души, находясь с ней по разные стороны жизни. Любовь к близкому человеку с течением лет превращается в память, неомрачённую, искреннюю и глубокую, как исток, с которого однажды всё началось…

 

…Фёдор Бороденков и сегодня в солдатском строю. Каждой огнепобедной весной 9 Мая он проходит в Бессмертном полку по улицам города, рождая в душах людей благоговейный трепет и бесконечную благодарность. Имя Фёдора Андреевича Бороденкова будет увековечено в галерее «Дороги памяти» при Главном Храме Вооруженных Сил России, возводимом в честь 75-ой годовщины Победы в Великой Отечественной войне.

 

 

Крылатая память

 

…Я много раз придумывала свою встречу с дедом, в деталях создавала сон, представляя, как я приближусь к нему, возьму за руку, пойду рядом, наблюдая, как он улыбается или задумчиво молчит. Непременно хотелось, чтобы сновиденье было долгим, ведь мне о многом нужно было спросить деда и многое ему рассказать. Желанный сон не снился, но я продолжала надеяться, что небо меня услышит. И вот ожидание вознаграждено! Небо исполнило мою просьбу, но по-своему, подарив мне сон наоборот…

 

… Первая суббота октября. В дачном посёлке непривычно пусто и тихо - не сезон. Я иду по обочине дороги, которая тянется к началу посёлка и дальше – до ближайшей деревни. Спустя примерно полчаса дачные дома сменяются лесом. Вскоре по правую руку от меня оказывается место, названное Козьим болотом; над ним колышется белёсая тусклость тумана, сквозь которую я угадываю какое-то движение. Присматриваюсь – журавль! Птица далеко от меня, на противоположной стороне болота. Восхищённая увиденной картиной, я мысленно жалею, что нет под рукой фотоаппарата. Журавль смотрит в мою сторону, и вдруг, пританцовывая на кочках, начинает сокращать расстояние между нами. Всплески крыльев, повороты головы, полупоклоны – я впервые наблюдаю танец журавля! Как он грациозен в своей артистичности! Завершая хореографическое соло, танцор останавливается наискосок от меня. Потом делает несколько встречных шагов. Странно: кочек под его ногами уже нет, он на ровной земле, а походка остаётся пританцовывающей. И вдруг я догадываюсь: журавль слегка прихрамывает… на левую ногу! Немыслимо! Неужели сейчас происходит встреча с душой деда, которая в песенно-стихотворном облике дарована мне свыше?! Запомнить бы её всю, без остатка, ведь нет более весомых минут, чем эти... Дед, вопреки годам, разлучившим нас, мы всё-таки сбылись друг для друга!

 

Жаль, время скоротечно, и гость неба уже собирается в обратный путь. Расставаясь со мной, он, оттолкнувшись от земли и сделав несколько взмахов крыльями, улетает догонять свою стаю. Я провожаю журавля с лёгким сердцем, потому что знаю, ближайшей весной он вновь меня навестит: продолжение обещает моя крылатая память…

 

…Своё письмо-рассказ деду я отправляю самой надёжной журавлиной почтой; она уж точно ничего не перепутает и обязательно найдёт адресата.

* - слова из «Гимна любви» - так называют 13 главу из Первого послания апостола Павла к христианам Коринфа: «Если я говорю

языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто. И если я раздам всё имение мое и отдам тело моё на сожжение, а любви не имею, — нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине: Всё покрывает, всему верит, всего надеется, всё переносит. Любовь никогда не перестаёт, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится…».

 

 

Фотографии, использованные в тексте:

Мой дед Фёдор Андреевич Бороденков

Ф.А. Бороденков во время отдыха в санатории «Кисегач», 1961 год

Андрей Павлович и Варвара Дмитриевна Бороденковы

Заводской пропуск

Солдат гвардейского полка

Фёдор Андреевич и Клавдия Васильевна с дочерями Валентиной, Эльвирой и Светланой и внуком Олегом

После рабочей смены

Осень 1959 года: ЦМП-1 на уборке картофеля в Айлинском совхозе

 

В повествовании использованы сведения из книг О.В. Никульшина ««Магнезит»: завод, комбинат, группа». (М.: ООО Группа Магнезит, 2011 год) и

Л.А. Козлова «Сатка индустриальная» (Челябинск, кн. изд., 1961 год), а также материалы интернет-ресурсов: www.pamyat-naroda.ru, www.tankfront.ru, www.bdsa.ru, www.histrf.ru.

Поделиться на Facebook
Please reload

Онлайн издание "Магнезитовец"

Газета "Магнезитовец" была основана 16 марта 1930 года

news@magnezit.com

gazeta@magnezit.com

 

+7 (35161) 9-48-99

Напишите нам, пожалуйста, если у Вас есть важные новости, предложения, критика или комментарии.

Следите за нашими новостями

в удобном для Вас формате

Подпишитесь на нашу рассылку.

Отправляем письмо с самыми важными и интересными материалами каждый понедельник.

"Магнезитовец"

  • Аккаунт Магнезитовца
  • Аккаунт Магнезитовца
  • Аккаунт Магнезитовца
  • YouTube

Фонд "Собрание"

  • Сайт Фонда Собрание
  • Страница Фонда Собрание
  • Страница Фонда Собрание
  • Инстаграм Фонда Собрание